Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: то, о чём нельзя говорить просто (список заголовков)
15:51 

Она любила серебро и утонула в нём.
«... Женщина, сохранившая лицо до старости, — на­стоящая женщина», — сказал как-то Алисе Андрей.
Когда человек рассуждает о вере, о слове, о смыслах и абсурде, о жизни и смерти, сидя при этом в засаленных рейтузах и дырявых носках на грязной кухне, все, о чем он говорит, становится ничтожным, как обглоданная вобла на смятой газете,
Алисе всегда казалось, что ее бабушка постоянно оза­дачена тем, чтобы иметь право рассуждать о «возвышен­ном». Она не позволяла себе ходить по дому в халате, са­дилась за стол «прибранная», благоухающая и с неизмен­ной брошкой, приколотой к блузке с аристократической небрежностью. Она любила дорогие, но не броские дра­гоценности и красивые вязаные вещи. Она сама их вязала и перевязывала— только из ниток, купленных ею много лет назад в Париже, где они с Алисиным дедушкой про­жили несколько счастливых лет. Тогда таких ниток в Рос­сии не было, и эти пропахшие дедушкиным табаком клуб­ки олицетворяли теперь для Анны Михайловны прислан­ное из прошлого волшебство.
Маленькая Алиса уныло тащит в школу ранец: вчера у нее не получилось аккуратно написать пропись и она в сер­дцах вырвала страницу, потом, испугавшись собственно­го поступка, расплакалась и теперь, когда учительница ос­тановилась рядом и ждет, когда Алиса развернет пропись, она готова расплакаться снова.
— Давай– давай, Алис, не задерживай меня! Ты же сде­лала домашнее задание? — строго спрашивает массивная женщина в очках, и Алисе страшно признаться в обрат­ном.
Еще мгновение — и она будет опозорена.
— Ты меня слышишь?! Я с кем разговариваю?
Учительница рывком открывает тетрадь, в глазах у Алисы туман. Когда он рассеивается, она видит аккурат­ные буквы, заполнившие строчки — одна к одной. Вол­шебство!
— Молодец, старалась! — Учительница, улыбаясь, про­ходит дальше.
Накануне бабушка ругалась за вырванную страницу и сказала:
— Пусть тебе будет стыдно!
Алиса засыпала, плача в подушку, а бабушка сидела, склонившись за письменным столом, и старательно что-то выводила.
Правильно Андрей сказал, подумалось сейчас Алисе, слово «волшебство» должно быть ключевым к слову «ба­бушка»: родители ответственны за то, чтобы их ребенок ел, спал, учился и был здоров, на бабушке же лежит высо­кая миссия заронить в душу внука зернышко волшебства. Бабушка должна хранить шкатулки с запахом прошлого, воспоминания, отретушированные сказочностью, милые семенные условности, вроде обязательной шарлотки на новогоднем столе и старое слово «опрятность» вместо «аккуратность». Несмотря на некоторую чопорность, бабуш­ка Алисы была именно такой.
Обычно Анна Михайловна носила прямые строгие кофты, но иногда позволяла себе баловство и надевала пестрое вязаное пончо, в котором дедушка давным-давно почему-то называл ее «балериной». Сейчас бабушка сиде­ла в этом пончо и даже в обрамлении аккуратно уложен­ных седых кудрей выглядела моложе своих семидесяти шести.

@темы: То, о чём нельзя говорить просто, Это - моё, и я отдаю его

URL
16:28 

Маки, те самые маки.

Она любила серебро и утонула в нём.


Маки, маками красными в окно
Распустили свои локоны
Редкими ночами в стекло
Мягкими лепестками
Гладили мои губы
Маки , маки красными в окно
Лезли в голову гневливую
Трогали рваное сукно
Маки свои раскинув
Маки, маками мазали
Красными цветами
Частыми ночами красными
Чистыми печалью
Изрезали маками красными
Рваное сукно
Мягкими лепестками
Красили красным давно
Мое разбитое окно..

@темы: То, о чём нельзя говорить просто

12:44 

Она любила серебро и утонула в нём.
17:13 

Лолита.

Она любила серебро и утонула в нём.


Твой кумир – полубог.
Он придумал тебя, и ты поверил
Пустоте. Между строк
Ты коснулся любви, и она сгорела.

+ + +

Девочка на раз, два, три -
В карамельно - сладкий плен:
Лучше чем фальшивые журналы…
Девочка умеет петь,
Девочка – уже на треть
До конца и нового начала…

Её зовут Лолита.
Её душа разбита,
Доверчивое хрупкое стекло…
Что было, - позабыто,
Что будет, - неиспито,
И ветер отзывается на «Ло…»

Где остался прежний риск?
Верит в солнечный каприз.
Лаковые в лужицах сапожки
Любит девочка – ирис:
Вверх летит, а больше вниз,
Где её спасает невозможность.

Её зовут Лолита.
И время ярких титров
Звездою это имя пронесло…
Она пришла оттуда,
Где люди верят в чудо
И ветер отзывается на «Ло…»

@темы: Хрустальное слово, терпкий слог, То, о чём нельзя говорить просто

URL
11:30 

Она любила серебро и утонула в нём.
Просидев 6 часов, из которых 2 посвящены "Пианистке", 2 самосозерцанию, 2 - изучению новых книг, я останавливаюсь у порога, прежде чем воткнуться в стену, и понимаю, что все мои "друзья" теперь - somebody that I used to know. Я ощущаю себя на дне океана, из которого только что разом откачали всю воду.

Писатель - доктор Франкенштейн. Едва только он создаёт литературное произведение, как оно начинает убивать авторскую жизнь под предлогом известности и, в конце концов, сжирает своего создателя.

@темы: То, о чём нельзя говорить просто

For Nowhere I stand

главная